Иван Петрович Павлов собирал работы только русских художников, не скрывая горячей симпатии к передвижникам. Их жизнерадостные, наполненные светом и цветом пейзажи, глубоко реалистичные жанровые полотна, вызывали у него истинное восхищение. При этом эмоциональная реакция неизбежно уступала место работе мысли, и подлинными произведениями Павлов считал те, осмысление которых могло всколыхнуть душу.

      Он не пропускал практически ни одной выставки картин, открывавшейся в то время в Петербурге, бывал на каждой неоднократно и в самой категоричной форме высказывал свое отрицательное или восторженное отношение к выставленным полотнам. Многие картины из его коллекции куплены на этих вернисажах.

      Пополнение коллекции всегда радовало Ивана Петровича. "Он любил показывать гостям своё сокровище, сопровождая показ меткими характеристиками и художника, и его произведения", - вспоминал позднее один из ближайших сотрудников Павлова - И. С. Розенталь.

      И.П.Павлов был не только знаком, но и дружен со многими известными художниками: Р.А.Берггольцем, Н.Н.Дубовским, М.В.Нестеровым, И.Е.Репиным, С.Т.Коненковым и другими.

      Первой картиной в его коллекции стал великолепный портрет маленького Воли (так звали в семье старшего сына Павловых - Владимира), написанный Н.А.Ярошенко и приобретенный у вдовы художника в 1898 году. Затем в доме появилась прекрасная картина, изображающая вечернее море и берег с горящим костром в Силламяэ, - "Вечерняя заря", подарок автора - художника Н.Н.Дубовского.

      Силламяэ - небольшой живописный поселок на берегу Финского залива в Эстонии, где семья Павловых до революции около 20 лет подряд проводила летние месяцы, был излюбленным местом отдыха художников. Многие из них, подружившись с Павловым, участвовали в организуемых им пеших прогулках и велосипедных заездах, с удовольствием играли в любимые им с детства городки. Как известно, Павлов намеренно исключал занятия наукой из своего летнего расписания.

      Особенно теплые отношения сложились у Павловых с семьей Дубовского, и в коллекции Ивана Петровича было немало замечательных пейзажей, подаренных в разное время Николаем Никаноровичем.

      В 20-е годы нынешнего столетия жизнь близко свела Павлова с И.Е.Репиным, творчество которого Иван Петрович ценил очень высоко. "Репин - это Толстой в живописи", - говорил он. Павловы не раз навещали семью Репиных в Пенатах, где два великих современника вели бесконечные беседы. Известная акварель Репина "Паломник", написанная им в 1880 году, была подарена Павлову, когда он с сыном Владимиром гостил в усадьбе художника. Здесь же в 1924 году Павлов позировал Репину. "Я сидел в кресле, облаченный в белый врачебный халат, - вспоминал он позднее в беседе с С.Т.Коненковым, - Илья Ефимович расспрашивал меня про то, как идет жизнь в Ленинграде, и увлеченно писал масляными красками. Портрет вышел бодрый и, знаете, светлый такой". Эта работа находится в Третьяковской галерее, а выполненный в те же годы маслом небольшой этюд "Павлов в Териоках" и по сей день украшает столовую репинской усадьбы-музея.

      В коллекции Ивана Петровича, по воспоминаниям М.В.Нестерова, "был Репин, его лучшей поры, в чудесных этюдах к "Приему старшин", были и более поздние картины, до самых последних лет жизни Ильи Ефимовича". К сожалению, при организации мемориальной экспозиции среди переданных музею экспонатов не оказалось ни одной работы знаменитого живописца.

      Сам М.В. Нестеров вспоминал о Павлове с особой теплотой. Художник, отказавшийся вначале писать портрет знаменитого ученого, т.к. по фотографиям не видел в его лице "признаков манящих, волнующих воображение", говорил после первой же встречи с Иваном Петровичем: "Более яркой особы я и представить себе не мог. Я был сразу им покорен, покорен навсегда". Действительно, 80-летний академик поразил его своей энергией, удивительной ясностью мыслей и живым интересом ко всему, происходящему вокруг.

      Первый павловский портрет был написан Нестеровым в 1930 году и хранится в Русском музее. К 85-летию Павлова художник подарил ему повторение этого, особенно полюбившегося близким, портрета, которое до сих пор украшает кабинет в мемориальной квартире.

      В 1935 году Нестеров написал второй портрет ученого, на котором, стараясь отразить динамичность натуры Павлова, изобразил его с вытянутыми на столе, сжатыми в кулаки руками - характерным жестом при спорах и горячих обсуждениях. Эта работа находится в Третьяковской галерее. Оба портрета написаны в Колтушах, где, по идее Ивана Петровича, в двадцатые годы была создана Биологическая станция, ставшая базой для проведения научных исследований и его любимым местом летнего отдыха. Здесь, начиная с 1930 года, практически каждое лето бывал и Нестеров, здесь им написан в 1934 году портрет жены Павлова Серафимы Васильевны, здесь сделано несколько карандашных набросков самого физиолога, его дочери - все эти работы хранятся в нашем музее.

      Бывал в Колтушах и А.А.Рылов. Существует предположение, что находящаяся в коллекции Ивана Петровича картина Рылова "Сенокос" написана именно в этих местах.

      Центральную стену гостиного зала занимают особенно любимые Павловым "Богатыри" В.М.Васнецова, один из авторских вариантов, написанный в 1897 году.

      В 1931 году в разговоре с Горьким Иван Петрович так характеризовал эту жемчужину своего собрания: "Вот моя любовь... Васнецов прекрасно изобразил три темперамента!.. Какая мощь!..", а старший сын Павлова Владимир писал художнику, что для его "Богатырей" "...отец выбрал самое лучшее место в нашей зале".

      Павлов очень высоко ценил творчество В.М.Васнецова, а его "Марию с младенцем" в Киевском соборе считал произведением, "равносильным "Мадонне" Рафаэля".

      К сожалению, до сих пор не представляется возможным составить полный каталог павловской коллекции живописи. Известно, что среди картин его собрания были работы не только Репина, Ярошенко, но и Серова. Старинные фотографии интерьеров квартиры воочию убеждают, как много полотен было в доме ученого.

<Назад>